Список форумов Подворье-Домоводство

Подворье-Домоводство

Наш сельский двор и всё, что в нём.
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Святочные рассказы, сказки, притчи, легенды...

 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Подворье-Домоводство -> Встречаем СВЯТКИ
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
gena
живет в городе, но строит домик на земле


Репутация: 0    

Зарегистрирован: 30.11.2008
Сообщения: 112
Откуда: Украина, Донецк

СообщениеДобавлено: Чт Янв 01, 2009 4:28 pm    Заголовок сообщения: Святочные рассказы, сказки, притчи, легенды... Ответить с цитатой

А детям можно вот такую историю рассказать.

И. Рутенин

Рождественская елочка
Давно это было. В самые распродавние времена. Так, что и не верится даже. Но, однако же, все-таки было.

В ту пору Дед Мороз по Святой Руси ну совсем уж без всякого толку шатался. Злющий такой старикашка был: то нос кому ни с того, ни с сего отморозит. То ухо.. И свою внучку Снегурочку таким же безобразиям обучал.

И вот надоело им как-то по лесам густым, да по полям пустым ходить-злиться, да с друг дружкой дразниться. И решили они посмотреть, как люди в тепле-уюте живут.

А БЫЛ В ТУ ПОРУ СОЧЕЛЬНИК РОЖДЕСТВЕНСКИЙ.

Вот подошли они к одному окошку – заглядывать стали.

Дохнул Дед Мороз, дохнула Снегурочка, - а окно-то и замерзло!

В избушке той были братик с сестричкой: Иванушка да Машенька. Подбежали они изнутри к окошку – и тоже давай на него дышать!

Подышит один, подышит другая, потрут пальчиками – стекло и оттаивает маленькими кружочками!

Рассердился Дед Мороз и давай дуть-свистеть на окошко пуще прежнего.

А Иванушка с Машенькой опять подышали на стекло изнутри – оно и оттаяло!

- Ах, вы со мною тягаться, да со Снегурочкой состязаться! – кричит Дед Мороз. И так окно всякими узорами расписывает, что аж стекла трещат!

А детям нипочем: смеются да радуются. Опять на окошко подышали – оно и оттаяло.

Припали к окошку и засматривают на улицу.

Удивился Дед Мороз и спрашивает:

- Чего это вы со мной в игры играете да на улицу выглядываете? Али батюшку увидели на краю села, али матушка по воду на речку пошла?

Дети ему и отвечают:

- Неужто не слыхал, дедушка, что в Сочельник с первой звездой Сама Матушка Пресвятая Богородица со Младенцем Христом по Святой Руси ходит да в каждый дом, где Ее ждут, заходит? Вот мы и хотим Ее первыми увидеть и встретить.

Не слыхал такого чуда Дед Мороз никогда прежде.

Почесал в затылке, да и говорит:

- А как же вы встречать-то будете Младенца Иисуса Христа и Его Пречистую Матерь?

Ванюшка с Машуткой ему и отвечают:

- Солеными грибами да сладкими пирогами, ключевою водой да молитвой святой! А в старину, - говорят, - пальмовыми ветками встречали и смоквами угощали. Только где их у нас, среди белых снегов да колючих ветров, сыщешь?

Переглянулись Дед Мороз со Снегурочкой, призадумались.

Пошли за деревню, сели под елкой и затужили.

Жалко им стало детей, и себя жалко. Они тут ходят, безобразничают под Рождество, а дети святое дело задумали.

Так и вечер наступил…

Глядь – а в небе уже первая звездочка зажглась!

А по дороге к деревне Сама Матушка Пресвятая Богородица со младенцем Христом идет!

Оглянулся дед Мороз по сторонам: вот бы где пальму найти! Да где ж ее найдешь?!

И давай ветку разлапистую с елки обламывать: красавица-то ведь какая! Чем хуже пальмы?

Снегурочка ему помогает усердно.

Да так увлеклись, что не только веточку, а всю елочку отломали! И бегом к избушке, где братик с сестричкой живут.

Вежливо в дверь постучали. А когда им открыли – в пояс хозяевам поклонились:

- Давайте, детки, скорее машите елочкой! А то как бы Царица Небесная мимо вас не прошла. Да и мы с вами порадуемся. Кто ж младенцу Христу на белом свете не рад?

А тут и Сама Богородица со Христом на пороге:

- Я этих деток, - говорит, - знаю давно. Они родителей своих слушают и Сыну моему каждый день молятся. Вот Я и решила к ним первым зайти.

Коснулась Богородица елочки своим золотым жезлом, а на вершину ее с неба первая звездочка и прилетела!

Коснулась Матерь Божия еще раз – зажглись на елочке разноцветные свечи.

В третий раз коснулась она елочки жезлом Своим – появились на ажурных веточках конфеты да пряники.

То-то было радости в избе!

Все сразу стали петь и хоровод вокруг елочки водить.

А Богородица и говорит:

- Вот так теперь будут на Руси во все века Рождество моего Сына встречать.

И ПОШЛА ОНА ДАЛЬШЕ ПО ВСЕЙ ЗЕМЛЕ.

А у нас, на Святой Руси, с тех пор так и повелось: в Красном углу, что на сторону восточную – икона Пресвятой Богородицы со Младенцем Христом. Под иконой – нарядная да праздничная елка. А под елочкой – добрый-предобрый Дедушка Мороз со своей маленькой внучкой Снегурочкой.

_________________
Татьяна
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Helga
живет в домике на земле


Репутация: +1    

Зарегистрирован: 24.08.2008
Сообщения: 2812
Откуда: Казахстан, г. Каскелен

СообщениеДобавлено: Чт Янв 01, 2009 6:40 pm    Заголовок сообщения: Святочные рассказы, сказки и притчи Ответить с цитатой

Скоро РАДОСТЬ,
РАДОСТЬ, ТОРЖЕСТВО
Скоро ПРАЗДНИК,
ПРАЗДНИК – РОЖДЕСТВО
!


Давайте в этой темке собирать добрые, святочные рассказы.
Танюша начала, я продолжу.

В РОЖДЕСТВЕНСКУЮ НОЧЬ

— Дети, спать!
— А помолиться?
— Конечно, конечно, — сказала мама, становясь на колени перед иконами Спасителя и святителя Иннокентия Иркутского. Трепещущий свет лампадки падал на красивое лицо матери и на три белокурые головки малышей. Чистыми, звонкими голосами повторяли вслед за семилетней Настенькой знакомые слова молитвы шестилетняя Рая и маленький краснощёкий Игорёк.
Потом мама прочитала молитву святителю Иннокентию, чью память глубоко почитала. Любили его и дети. Перед сном малыши часто просили рассказать о нём. Мама рисовала в их воображении картины сурового севера, обычаи полудиких обитателей, веривших в жалких идолов.
Дети как будто наяву видели, как толпы людей стекались к святому монаху услышать его вдохновенные слова об истинной вере или получить святое крещение. Ребятам было интересно представлять, как неграмотные северяне, подобно детям, произносили первые прочитанные ими слова, как они радовались, узнавая каждую новую букву. Святой Иннокентий нёс свет в самые отдалённые места, и народ от дедов к внукам с любовью передавал память о нём.
Обычно после вечерней молитвы дети быстро и мирно засыпали. Но в этот предпраздничный вечер то из одного, то из другого угла раздавались вопросы:
— А папа скоро вернётся?
— А он привезёт игрушки на ёлку?
— А большую лошадку?
Мама едва успокоила их и, перекрестив каждого, села за шитьё. В наступившей тишине стал слышен нарастающий вой ветра. Он словно приносил тревожную весть Елизавете об её дорогом Грише. Она беспокоилась о нём всегда, когда он находился в пути. Григорий был машинистом поезда, а в дальней дороге мало ли что может произойти. Лиза всегда, благословляя мужа в дорогу, просила Господа об Ангеле-Хранителе для него, кормильца их детей. Девять лет безоблачного счастья казались мигом. Только вот эти поездки, томительные ожидания, а сегодня ещё и злой ветер, стучащий в окно, завывающий и устрашающий.
Елизавета молилась, молилась и незаметно погрузилась в какой-то туман. Ей привиделась снежная равнина, железнодорожные пути, тусклые мигающие фонари, сугробы. Но вот она увидела несколько человеческих фигур. Около железнодорожного моста, озираясь, они склонились и стали что-то делать...
Как молния мелькнула мысль:
— Да они же разбирают путь!
Она чётко видела, как злые люди отбросили рельсы с насыпи и спрятались под мостом.
Лиза остро почувствовала надвигающуюся беду. Вот уже вдали появилась маленькая чёрная точка, которая стремительно приближалась.
— Да это же поезд! На нём Гриша! — в ужасе пробудилась от видения Лиза и упала на колени, исступлённо молясь.
— Мама! Мамочка! — дети вскочили с постелей. — Что с тобой?!
— Господи, спаси Гришу! Господи, не оставь детей сиротами!
Почуяв беду, и малыши встали на коленки.
— Молитесь, дети: Господи! Спаси нашего папу! Святителю отче Иннокентий, умоли Господа спасти папу! Молитесь, молитесь, дети! Бог услышит вас! Отче Иннокентий!..
Детские глаза вместе с мамой устремляли свой взор, свои сердца к иконам, сливаясь в один молитвенный порыв.
Молился, мчась на поезде, и Григорий. Он зорко всматривался в темноту ночи, сквозь вьюгу и слепящий снег на уходящие вдаль рельсы. Григорий не только соскучился по своей красавице Лизаньке, по милой сердцу детворе, но ещё и тосковал о том, что в эту рождественскую ночь он не в церкви, где люди, ликуя, поют:
Рождество Твое, Христе Боже наш...
Григорий и сам, превозмогая тревогу, пел: Христос раждается, славите...
Но что это? Вдруг в ярком свете перед движущимся поездом возникла фигура монаха.
Он стоял словно на облаке и властно поднимал руку с посохом, запрещая путь.
Григорий дёрнул ручку тормоза и упал без чувств.
От резкой остановки попадали с мест пассажиры, тревога охватила всех. Увидев лежащего без сознания машиниста, начальник поезда выругался:
— Напился, каналья!
— Да что вы, ваше высокоблагородие, — заступился помощник машиниста. — Ларионов спиртного в рот не берёт. Увидел, наверное, что: вдруг закричал, дал тормоз и свалился. Не знаю — жив ли?
Когда фельдшер привёл Григория в чувство, тот мог сказать только одно:
— Там... монах... Начальник недоумевал:
— Какой монах?
Но всё-таки распорядился осмотреть впереди дорогу. Служащие вернулись потрясённые — железнодорожный путь был разобран. Не останови машинист состав, погибли бы сотни и сотни людей.
У паровоза собралась огромная толпа. Рассказ о предупредившем гибель поезда монахе передавался из уст в уста. Появился священник, оказавшийся в числе пассажиров. Прямо под открытым небом отслужили благодарственный молебен. Растроганные люди поздравляли друг друга с великим праздником Рождества Христова и чудесным спасением.

(из сборника Бориса Ганаго "Детям о Слове")
_________________
Исполняйте постановления Мои, и храните законы Мои и исполняйте их, и будете жить спокойно на земле; и будет земля давать плод свой, и будете есть досыта, и будете жить спокойно на ней. (Левит, 25:18-19)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Лариса
живет в городе, но имеет домик на земле


Репутация: +1    

Зарегистрирован: 06.09.2008
Сообщения: 2698
Откуда: Казахстан, богоспасаемый град Алма-Ата

СообщениеДобавлено: Чт Янв 01, 2009 10:05 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Давно это было. Еще в советское время.
Жила была одна семья. Отец, мать, бабушка и двое детей - братик с сестричкой. Жили небогато, да после войны, тогда так многие жили. Редко в каком доме на Новый Год елку увидишь. А уж игрушек елочных и подавно. Из цветной бумги клеили, орехи и яблочки в серебристую бумагу заворачивали да на елку вешали. И вот решили родители сделать детям пока они маленькие елку. Настоящую, с игрушками. Чтобы осталась память на всю жизнь. Часть игрушек купили, часть сами потихоньку склеили, сшили, раскрасили, флажки, гирлянды, фонарики. Новый Год все ближе. Стали они деткам рассказывать сказки про Деда Мороза и про Снегурочку. Как они к послушным деткам приходят и приносят подарки, кому-то елки приносят, кому-то игрушки. Но вот и 29 декабря. Принесли елку в дом, отец ее установил. Так хорошо в доме хвоей и свежестью запажло. Все хорошо, а игрушек-то нет. Запечалились братик с сестричкой, чем же елку украшать? А родители говорят: Дед Мороз в этом году пораньше ходит и подарки всем разносит, чтобы к Новому Году всем деткам успеть подарки разнести. Надо слушаться и терпеливо ждать. Вот прошел день, вечер уже, а Деда Мороза все нет. Ночь наступила, деток спать укладывают. Сестричка уснула, а братик ни как не заснет. Так ему захотелось увидеть Деда Мороза и прочитать ему стишок, который он для него выучил. Вот уже 12 часов скоро, а он ждет, глазки трет, старается не спать. Вдруг... стук в дверь. Родители и бабушка к двери пошли, а сынок первым прибежал, отпирает, бабушка ему помогает. Она первая и выглянула за дверь. А перед дверью стоит огромная преогромная коробка, на ней хвои немного насыпано. Был Дед Мороз, да некогда ждать - детишек много, позвонил, да ушел быстро. Бабушка говорит: "Я как выглянула, только край его шубы расшитой атласной увидела и сапожок". Спрашивает внучика "А ты что-то видел?". Внучик стоит расстроенный, кому же стишок читать? А потом подумал, рассмеялся и сказал: "И я его шубку видел и сапожок. Они красные были. Да, бабулечка?" "Конечно, внучек, да на шубе снежинки растаяли, капельками блестели. Видел?" "Да. Я ему стишок у елочки почитаю, он услышит меня". Открыли коробку, а там игрушки елочные. Их Дед Мороз со Снегуркой в магазине покупали и сами весь год делали. Какие лучше - не скажешь, но те, что руками Деда Мороза и Снегурочки сделанные все же лучше всех были. Такая славная елочка получилась. Всех соседских детишек позвали на елочку, хоровод водили, чай с пирогами пили, всем подарки с елочки от Деда Мороза достались: кому яблочо, кому орешек, кому конфета. Радостнее всех было братику и сестричке, не забыл их Дед Мороз и всех детишек не забыл. Он бабушке сказал, чтобы всех деток позвали, а то он не успел ко всем прийти, а все детки хорошие и родителей весь год слушались. А на следующий год Дед Мороз со Снегурочкой к другим деткам придет, не все же к одним и тем же ходить.
_________________
С разумом, но без доброты, без нежности человек - это законченный демон (прп. Иустин Попович)
Даже наименьшая мысль, которая не основана на любви, разоряет мир. (Фаддей Штрабулович)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
gena
живет в городе, но строит домик на земле


Репутация: 0    

Зарегистрирован: 30.11.2008
Сообщения: 112
Откуда: Украина, Донецк

СообщениеДобавлено: Чт Янв 01, 2009 10:06 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Когда-то я собирала рождественские рассказы.

Вот еще один из них.

Константин Победоносцев

РОЖДЕСТВО ХРИСТОВО

Рождество Христово и святая Пасха — праздники, по преимуществу, детские, и в них как будто исполняется сила слов Христовых: «Аще не будете яко дети, не имате внити в царствие Божие». Прочие праздники не столь доступны детскому разумению, и любезны для детей более по внешней обстановке, нежели по внутреннему значению...
Однако же и из двух названных больших праздников — дитя скорее поймет и примет простым чувством Рождество Христово.
Как счастлив ребенок, которому удавалось слышать от благочестивой матери простые рассказы о Рождестве Христа Спасителя! Как счастлива и мать, которая, рассказывая святую и трогательную повесть, встречала живое любопытство и сочувствие в своем ребенке, и сама слышала от него вопросы, в коих детская фантазия так любит разыгрываться, и, вдохновляясь этими вопросами, спешила передавать своему дитяти собственное благочестивое чувство. Для детского воображения так много привлекательного в этом рассказе.
Тихая ночь над полями палестинскими — уединенный вертеп — ясли, обставленные теми домашними животными, которые знакомы ребенку по первым впечатлениям памяти, — в яслях повитый Младенец и над Ним кроткая, любящая мать с задумчивым взором и с ясною улыбкой материнского счастья — три великолепных царя, идущих за звездою к убогому вертепу с дарами — и вдали на поле пастухи посреди своего стада, внимающие радостной вести Ангела и таинственному хору сил небесных. Потом злодей Ирод, преследующий невинного Младенца; избиение младенцев в Вифлееме - потом путешествие святого семейства в Египет — сколько во всем этом жизни и действия, сколько интереса для ребенка!
Старая и никогда не стареющая повесть! Как она была привлекательна для детского слуха, и как скоро сживалось с нею детское понятие! Оттого-то, лишь только приведешь себе на память эту простую повесть, воскресает в душе целый мир, воскресает все давно прошедшее детство с его обстановкою, со всеми лицами, окружавшими его, со всеми радостями его, возвращается в душу то же таинственное ожидание чего-то, которое всегда бывало перед праздником. Что было бы с нами, если бы не было в жизни таких минут детского восторга!
Таков вечер перед Рождеством: вернулся я от всенощной и сижу дома в той же комнате, в которой прошло все мое детство; на том же месте, где стояла колыбель моя, потом моя детская постелька, — стоит теперь мое кресло перед письменным столом. Вот окно, у которого сиживала старуха няня и уговаривала ложиться спать, тогда как спать не хотелось, потому что в душе было волнение — ожидание чего-то радостного, чего-то торжественного на утро. То не было ожидание подарков — нет, - чуялось душе точно, что завтра будет день необыкновенный, светлый, радостный, и что-то великое совершаться будет. Бывало, ляжешь, а колокол разбудит тебя перед заутреней, и няня, вставшая, чтобы идти в церковь, опять должна уговаривать ребенка, чтобы заснуть.
Боже! Это же ожидание детских дней ощущаю я в себе и теперь... Как все во мне тихо, как все во мне торжественно! Как все во мне дышит чувством прежних лет, — и с какою духовною алчностью ожидаю я торжественного утра. Это чувство -драгоценнейший дар неба, посылаемый среди мирского шума и суеты взрослым людям, чтобы они живо вспомнили то время, когда были детьми, следовательно, были ближе к Богу и непосредственнее чем когда-либо принимали от Него жизнь, свет, день, пищу, радость, любовь — и все, чем красен для человека мир Божий.
Но это ожидание — радости великой и великого торжества — у ребенка никогда не обманывалось. У ребенка минута ожидания так сливалась с минутою наслаждения и удовлетворения, что не было возможности уловить переход или середину. Ребенок просыпался утром — и непременно находил то, о чем думал вечером, встречал наяву то, о чем говорили ему детские сны: существенность для ребенка — не то же ли, что сон; сон его не то же ли, что существенность? Ребенок утром просыпался окруженный теми же благами жизни детской, которые бессознательно принимал каждый день, — только, освещенные праздничным светом, лица, его окружавшие, были веселее, ласки живее, игры одушевленнее. Чего же более для ребенка? Ребенок не жалел на утро о том, чего ожидал вечером: как было бессознательно вчерашнее ожидание, так и утреннее наслаждение было бессознательно...
О великая таинственная ночь! О, светлое, торжественное утро! Если забуду тебя, если останусь равнодушен к тебе, если перестану слышать те речи и словеса, коих гласы слышатся в тебе всякой душе верующей, — стало быть я забуду свое детство, свою жизнь и самую вечность... ибо что иное вечность блаженная, как не вечная радость младенца перед лицом Божиим!
_________________
Татьяна
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Helga
живет в домике на земле


Репутация: +1    

Зарегистрирован: 24.08.2008
Сообщения: 2812
Откуда: Казахстан, г. Каскелен

СообщениеДобавлено: Пн Янв 05, 2009 8:42 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

А. Фёдоров-Давыдов

Хаврошина ёлка

Святочный рассказ

1

На самом краю деревни Деурина стояла избёнка солдатской вдовы Арины Паниной. Не задолго до Рождества, этак дней за пять приехала к Арине из Питера старшая сестра Варвара, с которой она лет десять не видалась.
Обрадовалась сестре Арина, расцеловались сестры, и пошли у них разговоры без конца.
Служила Варвара десять лет в няньках у богатых господ; а как барчата их подросли, она и отошла от места. Жила Варвара у господ, как сыр в масле каталась: еда хорошая, на праздники подарки дарят: либо шубёнку, либо платье, либо деньгами. Всего было!.. Вон два сундука всякий добром набиты, да триста рублей у нее на хранении лежат... Вот поживет тётка Варвара у сестрицы, в монастырь деньги внесет, и дадут ей келейку, чтобы дожить ей тихо, мирно и беспечально...
И видит Арина — сидит перед ней Варвара барыня-барыней: платье шерстяное, шубка на лисьем меху, платок ковровый на плечи накинут; лицо у нее белое, полное, руки холеные. А посмотрела Арина вокруг себя — и сердце у нее от боли заныло: всюду-то беднота, нужда горькая да голод!..
2

А вечером, после ужина, и стала тётка Варвара про житьё-бытьё городское сказывать. Чисто мёд с молоком слова у неё текли. Хавроша, дон Арины, и про сон забыла — навострила уши, слово боится пропустить...
Арина слушала молча, и всё её досада да зависть разбирали. Уж больно им-то с Хаврошей тяжело жилось! И одеться не во что, и иной раз хлеба перекусить не приходится...
— Вот, — рассказывала тётка Варвара, — сейчас Рождество наступает. И пойдёт по всему городу веселье, пляс — сердце радуется. А для ребят ёлки там устраивают!..
И пошла Варвара сказывать, как купят господа ёлку, обрядят её конфетками, пряниками, игрушками разными, яблоками да орехами — и детям её подарят. А дети свечи на ней зажгут и давай вокруг ёлки плясать да сласти рвать.
Словно зачарованная слушала Хавроша тётку Варвару. А Арина и говорит:
— То-то деньги у господ без глаз: куда не швыряют! Тётка Варвара даже обиделась за господ:
— Что ж, сестрица, — не всем же по-свински жить, вроде вас!.. Тоже и себя, и детей потешить охота!.. А что деньги зря бросают, это точно... Вон намедни ёлку пошли покупать — приступу к ёлкам нет: либо три рубля, либо пять, а то и десять рублей отдают... Вот что!..
— Десять целковых?.. — Арину даже в жар бросило. — На десять-то целковых мы бы полгода беспечально жить могли.
Хавроша так и заснула в радужных мечтах. А на утро Арина и сказала Хавроше:
— Сходи, доченька, на село, к учительше Клавдии Васильевне: поклонись от меня, скажи, разнедужилась-де я вовсе, не даст ли мучки с четвертку, да масла, да полтинник — праздник встретить. Скажи, у сестры просила — и слышать не хочет: какие, говорит, у меня деньги?.. Да ты, Хавроша, у учительши и переночуй, а ночью не ходи...
Живо собралась Хавроша: материнскую кацавейку надела, платком обмоталась, валенки обула. Потом под лавку сунулась и отцовский топор разыскала... Заткнула его за платок назади и пошла в путь-дорогу... Хавроша-то себе на уме... Недаром она с вечера тёткины россказни слушала...

3

Лютый мороз трещит на дворе. Солнышко, все окутанное мглой, стоит на небе красное,
словно сердится на кого!..
Идёт Хавроша — скорым-скоро; "хруп-хруп" — похрупывает мёрзлый снег под валенками, а думы Хаврошины так сами на крыльях ее и несут. Вышла за околицу, спустилась к реке тихо-тихо, кругом мертво...
Беги, Хавроша, беги, касатка, не то смерзнешь, такая-сякая!.. Студено!.. Руки-то коченеют, под кацавейку мороз набирается, и нос вишенкой горит. Вошла Хавроша в лес, устала, запы¬халась. Да слава Богу, вон, в стороне стоит ёлочка, какую ей надо: кудревастенькая, высоконькая, аккуратная такая!.. Достала Хавроша топор и полезла по сугробам к ёлочке. Ноги вязнут в снегу: не то что по пояс, а по горло Хавроша в сугроб ушла. Да ничего, выкарабкалась!..
Ох, только уж вот этот мороз!.. Скрючил он пальцы у Хавроши — не разогнешь; топор не удержишь в руках, а не то что рубить... Стала Хавроша на пальцы дуть, да мороз дух захватывает, все в ней стынет!.. Даже заплакала Хавроша.
Чу!.. Скрипят полозья, лошадь фыркает!.. Никак, едет кто!..
Ободрилась Хавроша, оглянулась и видит, что, точно, кто-то едет, да, никак, свой...
— Дядя Андрей!.. Андре-ей!.. На дороге за елями остановились розвальни, и
вся лохматая, словно обсахаренная, лошадёнка дымилась от пара... Бородатый, рыжий мужик сошёл с саней и оглянулся...
— Хаврошка?.. Да как ты сюда попала?..
— Да я за ёлкой!.. А ты в город?..
— В город и есть!..
— Сруби, дядя Андрей, ёлку-то... В город свезём. Ишь, тётка сказывала, господам они нужны... Деньги платят...
Мужик почесал затылок и сказал:
— А что, братец ты мой, и то!.. И тебе срублю, и себе пяток возьму... Продадим и то... Ступай, ложись в сани-то, прикройся веретьем, а я, дай срок, нарублю...
Нарубили ёлок, навязали и поехали.
— А что, братец ты мой, — сказал Андрей, — кабы не случай, смерзла бы в лесу ни за грош! либо заяц бы тебя залягал!.. Ишь, востроносая, что удумала!..

4
Шумно, людно на базаре. Скоро святки!.. Живо раскупили у дяди Андрея целый воз елок. Осталась только Хаврошина ёлка. Жаль Хавроше ёлку продавать. А дядя Андрей ворчит:
— Что ж мне с тобой до ночи на морозе-то мёрзнуть?.. Продавай, что ли, пора...
В это время мимо проходила какая-то барыня с девочкой.
— Что стоит ёлка?.. — спросила барыня.
— Три рубля, — пролепетала Хавроша.
— Да ты с ума сошла! — вскрикнула барыня. — Вся-то ей цена 25 копеек.
Дяде Андрею даже обидно стало. Э-эх, барыня!.. -- сказал он горько. — Оно точно, — ёлка ничего не стоит, — да девчонка-то вся смёрзла, на морозе-то стоя; а дома-то у неё мать больна, и праздник нонче!.. Барыня быстро достала три рубля и сунула их Хавроше...
Вечер. Тускло чадит лампочка в Арининой избёнке.
Тётка Варвара сидит за столом и ужинает. Арина, еще слабая от болезни, встала и прибирает посуду.
— Сердце-то не на месте, — говорит она, — и где это Хавроша запропала!..
В это время под окнами с надворья завизжали полозья; послышались глухие голоса... Собака залаяла. Кто-то стукнул в окно, и Варвара, кряхтя и ворча, пошла отпирать ворота... Дверь с визгом распахнулась, клуб пара вырвался из избы...
— Хавроша!..
— Вот тебе пропащая твоя!.. — проворчала тётка Варвара, вешая шубу на гвоздь... -Ишь, в городе побывала... ну, и шустрая же!.. Ты послушай, чудес-то каких она натворила!..
На другой день был сочельник. В деревне все знали, что наделала Хаврошка, и об этом только и говору было.
А в сумерки тётка Варвара, весь день сидевшая у окна туча-тучей, окликнула сестру и сказала ей:
— Слышь ты, сестра... Одолела, значит, меня Хаврошка твоя... Вот что!.. Да... Хотела я в монастырь пристроиться; ну, так что вижу, Господь мне указал, чтобы вас, значит, не покидать... Да... Ну, и останусь я жить у вас, и там что насчёт денег, все это можно. А только ты-то уж меня при старости корми, пой!.. Одолела меня девчонка твоя!.. И шустрая же, сейчас помереть...
Арина чуть не до земли поклонилась сестре и только всего и сказала:
— Благослови тебя Бог, сестрица... Вместе и жить станем, вместе и к Господу Богу пойдём!..
_________________
Исполняйте постановления Мои, и храните законы Мои и исполняйте их, и будете жить спокойно на земле; и будет земля давать плод свой, и будете есть досыта, и будете жить спокойно на ней. (Левит, 25:18-19)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Helga
живет в домике на земле


Репутация: +1    

Зарегистрирован: 24.08.2008
Сообщения: 2812
Откуда: Казахстан, г. Каскелен

СообщениеДобавлено: Пн Янв 05, 2009 8:45 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

СПАСЕНИЕ ИЗ ОГНЯ

Давняя эта история. Произошла она в начале прошлого века накануне Рождества.
На хуторе, вдали от деревни, жила большая крестьянская семья. Папа ещё утром уе¬хал на лошади в город. Мама и дети — мал мала меньше — собрались у домашнего очага. Мама готовилась к празднику. Дети слушали потрескивание поленьев в печке и мечтали о подарках.
Быстро темнело. Домашние стали беспокоиться: папа обещал вернуться засветло, а его всё нет и нет. Зимой же всякое случается. Вон метель как разыгралась, да и волки в эту пору могут на человека напасть. И конечно, все боялись разбойника Мишки Петрова, который грабил, а иногда и убивал людей в окрестных лесах.
Напряжение нарастало. Маленькая Лиза не выдержала и спросила:
— Почему папы так долго нет?
Что могла ответить мама? Уж кто-кто, а она-то представляла всю опасность, зная, что муж должен был привезти большую сумму денег.
Вой метели стих. В тишине ожидание стало ещё томительней. И тут старший, двенадцатилетний Федя, предложил:
— Мама, давай я поднимусь на холм. Может, услышу звон колокольчиков на папиных санях.
— Иди, мой мальчик, — перекрестила его мать. — И пусть Господь сохранит тебя.
Федя выскочил во двор. Он не боялся ни темноты, ни волков, ни разбойников, ибо верил, что Христос всегда защитит его. С вершины холма на дороге ничего не было видно, не звенели и знакомые колокольчики. Федя встал на колени:
— Господи, помоги моему папе вернуться домой. Спаси его и от волков, и от Мишки Петрова. Спаси и самого Мишку. Он несчастный, потому что не узнал Тебя. Не знает, как Ты всех любишь, любишь и его. Боже, спаси Мишку.
Мальчик встал и пошёл к дому. Он не услышал чей-то глубокий вздох, почти стон, прозвучавший ему вслед.
Вскоре вернулся папа, и вся семья радостно встретила Рождество.
А спустя несколько дней в дверь постучал угрюмый мужчина и попросился на работу. На хуторе лишние руки нужны всегда, и его с удовольствием взяли. Работал он исправно, но был очень молчалив и вечером после ужина сразу уходил спать на сеновал.
Однажды ночью раздались крики. Хутор пылал. Вся семья, одеваясь на бегу, выскочила во двор. Не было только Феди, который спал на втором этаже и был сразу же отрезан огнем.
Казалось, что спасти его невозможно, но тут к дому подбежал работник с лестницей. Он приставил её к шатающейся стене и, быстро поднявшись, бросился в огонь. Люди ахнули и стали молиться. Томительно тянулись секунды.
И вот, наконец, в проёме окна появился человек, прижимающий к груди Федю, завёрнутого в одеяло. Мальчик был невредим, но работник получил страшные ожоги.
Только под утро несчастный пришёл в себя. Несмотря на страдания, лицо его было спокойно. Он попросил позвать Федю и, превозмогая боль, сказал ему:
— Я — Мишка Петров, разбойник. На Рождество я хотел ограбить твоего отца, но услышал, как ты молился за меня. Господь по твоей молитве совершил чудо: я раскаялся и начал новую жизнь.
Он перевёл дыхание и продолжил:
— Федя, дай мне руку. Я спас тебя от огня земного, ты помолись, чтобы Господь спас меня от огня вечного.
Сказав это, он закрыл глаза и затих, а лицо его осветилось каким-то неземным светом.

(из сборника Бориса Ганаго "Детям о молитве")
_________________
Исполняйте постановления Мои, и храните законы Мои и исполняйте их, и будете жить спокойно на земле; и будет земля давать плод свой, и будете есть досыта, и будете жить спокойно на ней. (Левит, 25:18-19)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
gena
живет в городе, но строит домик на земле


Репутация: 0    

Зарегистрирован: 30.11.2008
Сообщения: 112
Откуда: Украина, Донецк

СообщениеДобавлено: Ср Янв 07, 2009 3:09 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Сельма Лагерлеф

Сельма Лагерлёф (1858-1940) – знаменитая шведская писательница, лауреат Нобелевской премии, член Шведской Академии, известна в нашей стране как автор сказки «Чудесное путешествие Нильса с дикими гусями».

Святая ночь

Когда мнe было пять лет, меня постигло большое горе. Я не знаю, испытала ли я впоследствии горе большее, чем тогда.
У меня умерла бабушка. До того времени она каждый день сидела на угловом диване в своей комнате и рассказывала чудные вещи.
Я не помню бабушку иной, как сидящей на своем диване и рассказывающей с утра до ночи нам, детям, притаившимся и смирно сидящим возле нее; мы боялись проронить хоть слово из рассказов бабушки. Это была очаровательная жизнь! Не было детей, болee счастливых, чем мы.
Я смутно помню образ бабушки. Помню, что у нее были прекрасные, белые, как мел, волосы, что была она очень сгорбленна и постоянно вязала свой чулок.
Еще помню, что, когда бабушка кончала рассказ, она клала свою руку мне на голову и говорила:
«И все это такая же правда, как то, что я тебя вижу, а ты меня».
Помню, что бабушка умела петь красивые песни; но пела их бабушка не каждый день. В одной из этих песен говорилось о каком-то рыцарe и морской девe, к этой песне был припев:
«Как холодно веет ветер, как холодно веет ветер по широкому морю».
Вспоминаю я маленькую молитву, которой научила меня бабушка, и стихи псалма.
О всех рассказах бабушки сохранилось у меня лишь слабое, неясное воспоминание. Только один из них помню я так хорошо, что могу рассказать. Это—маленький рассказ о Рождестве Христовом.
Вот, почти все, что у меня сохранилось в памяти о бабушке; но лучше всего я помню горе, которое меня охватило, когда она умерла.
Я помню то утро, когда угловой диван остался пустым, и было невозможно себe представить, как провести длинный день. Это помню я хорошо и никогда не забуду.
Нас, детей, привели, чтобы проститься с умершей. Нам было страшно поцеловать мертвую руку; но кто-то сказал нам, что последний раз мы можем поблагодарить бабушку за все радости, которые она нам доставляла.
Помню, как ушли сказания и песни из нашего дома, заколоченные в длинный черный гроб, и никогда не вернулись.
Помню, как что-то исчезло из жизни. Будто закрылась дверь в прекрасный волшебный мир, доступ в который нам был до того совершенно свободен. С тех пор не стало никого, кто смог бы снова открыть эту дверь.
Помню, что пришлось, нам, детям, учиться играть в куклы и другие игрушки, как играют все дети, и постепенно мы научились и привыкли к ним.
Могло показаться, что заменили нам новые забавы бабушку, что забыли мы ее.
Но и сегодня, через сорок лет, в то время, как разбираю я сказания о Христе, собранные и слышанные мною в далекой чужой стране, в моей памяти живо встает маленький рассказ о Рождестве Христовом, слышанный мной от бабушки. И мне приятно еще раз его рассказать и поместить в своем сборникe.

* * *
Это было в Рождественский сочельник. Все уехали в церковь, кроме бабушки и меня. Я думаю, что мы вдвоем были одни во всем доме; только мы с бабушкой не смогли поехать со всеми, потому что она была слишком стара, а я слишком мала. Обе мы были огорчены, что не услышим Рождественских песнопений и не увидим священных огней.
Когда уселись мы, одинокие, на бабушкином диване, бабушка начала рассказывать:
„Однажды глубокой ночью человек пошел искать огня. Он ходил от одного дома к другому и стучался;
— Добрые люди, помогите мне — говорил он.— Дайте мне горячих углей, чтобы развести огонь: мне нужно согреть только что родившегося Младенца и Его Мать.
Ночь была глубокая, все люди спали, и никто ему не отвечал.
Человек шел все дальше и дальше. Наконец увидел он вдали огонек. Он направился к нему и увидел, что это — костер. Множество белых овец лежало вокруг костра; овцы спали, их сторожил старый пастух.
Человек, искавший огня, подошел к стаду; три огромные собаки, лежавшие у ног пастуха, вскочили, заслыша чужие шаги; они раскрыли свои широкие пасти, как будто хотели лаять, но звук лая не нарушил ночной тишины. Человек увидел, как шерсть поднялась на спинах собак, как засверкали в темноте острые зубы ослепительной белизны, и собаки бросились на него. Одна из них схватила его за ногу, другая — за руку, третья — вцепилась ему в горло; но зубы и челюсти не слушались собак, они не смогли укусить незнакомца и не причинили ему ни малейшего вреда.
Человек хотеть подойти к костру, чтобы взять огня. Но овцы лежали так близко одна к другой, что спины их соприкасались, и он не мог дальше идти вперед. Тогда человек взобрался на спины животных и пошел по ним к огню. И ни одна овца не проснулась и не пошевелилась».
До сих пор я, не перебивая, слушала рассказ бабушки, но тут я не могла удержаться, чтобы не спросить:
— Почему не пошевелились овцы? — спросила я бабушку.
— Это ты узнаешь, немного погодя, — ответила бабушка и продолжала рассказ:
„Когда человек подошел к огню, заметил его пастух. Это был старый, угрюмый человек, который был жесток и суров ко всем людям. Завидя чужого человека, он схватил длинную, остроконечную палку, которой гонял свое стадо, и с силой бросил ее в незнакомца. Палка полетела прямо на человека, но, не коснувшись его, повернула в сторону и упала где-то далеко в поле».
В этом месте я снова перебила бабушку:
— Бабушка, почему палка не ударила человека?— спросила я; но бабушка мне ничего не ответила и продолжала свой рассказ.
„Человек подошел к пастуху и сказал ему:
— Добрый друг! Помоги мне, дай мне немного огня.
Только что родился Младенец; мне надо развести огонь, чтобы согреть Малютку и Его Мать.
Пастух охотнее всего отказал бы незнакомцу. Но когда он вспомнил, что собаки не смогли укусить этого человека, что овцы не разбежались перед ним, и палка не попала в него, как-будто не захотела ему повредить, пастуху стало жутко и он не осмелился отказать незнакомцу в его просьбе.
— Возьми, сколько тебе надо, — сказал он человеку.
Но огонь уже почти потух. Сучья и ветки давно сгорели, оставались лишь кроваво-красные уголья, и человек с заботой и недоумением думал о том, в чем донести ему горячие уголья.
Заметя затруднение незнакомца, пастух еще раз повторил ему:
— Возьми, сколько тебе надо!
Он с злорадством думал, что человек не сможет взять огня. Но незнакомец нагнулся, голыми руками достал из пепла горячих углей и положил их в край своего плаща. И уголья не только не обожгли ему руки, когда он их доставал, но не прожгли и плаща, и незнакомец пошел спокойно назад, как будто нес в плаще не горячие уголья, а орехи или яблоки».
Тут снова не могла я удержаться, чтобы не спросить:
— Бабушка! почему не обожгли уголья человека и не прожгли ему плащ?
— Ты скоро это узнаешь — ответила бабушка и стала рассказывать дальше.
„Старый, угрюмый, злой пастух был поражен всем, что пришлось ему увидеть.
— Что это за ночь, —спрашивал он сам себя,— в которую собаки не кусаются, овцы не пугаются, палка не ударяет и огонь не жжет?
Он окликнул незнакомца и спросил его:
— Что сегодня за чудесная ночь? И почему животные и предметы оказывают тебе милосердие?
- Я не могу тебe этого сказать, если ты сам не увидишь, — ответил незнакомец и пошел своей дорогой, торопясь развести огонь, чтобы согреть Мать и Младенца.
Но пастух не хотел терять его из вида, пока не узнает, что все это значит. Он встал и пошел за незнакомцем, и дошел до его жилища.
Тут увидел пастух, что человек этот жил не в доме и даже не в хижине, а в пещере под скалой; стены пещеры были голы, из камня, и от них шел сильный холод. Тут лежали Мать и Дитя.
Хотя пастух был черствым, суровым человеком, но ему стало жаль невинного Младенца, который мог замерзнуть в каменистой пещере, и старик решил помочь Ему. Он снял с плеча мешок, развязал его, вынул мягкую, теплую пушистую овечью шкурку, и передал ее незнакомцу, чтобы завернуть в нее Младенца.
Но в тот же миг, когда показал пастух, что и он может быть милосердным, открылись у него глаза и уши, и он увидел то, чего раньше не мог видеть, и услышал то, чего раньше не мог слышать.
Он увидел, что пещеру окружают множество ангелов с серебряными крыльями и в белоснежных одеждах. Все они держат в руках арфы и громко поют, славословя родившегося в эту ночь Спасителя Мира, Который освободит людей от греха и смерти.
Тогда понял пастух, почему все животные и предметы в эту ночь были так добры и милосердны, что не хотели никому причинить вреда.
Ангелы были всюду; они окружали Младенца, сидели на горе, парили под небесами. Всюду было ликование и веселье, пение и музыка; темная ночь сверкала теперь множеством небесных огней, светилась ярким светом, исходившим от ослепительных одежд ангелов. И все это увидел и услышал пастух в ту чудесную ночь, и так был рад, что открылись глаза и уши его, что упал на колени и благодарил Бога».
Тут бабушка вздохнула и сказала:
— То, что увидел тогда пастух, могли бы и мы увидеть, потому что ангелы каждую Рождественскую ночь летают над землею и славословят Спасителя, но если бы мы были достойны этого.
И бабушка положила свою руку мне на голову и сказала:
— Заметь себе, что все это такая же правда, как то, что я тебя вижу, а ты меня. Ни свечи, ни лампады, ни солнце, ни луна не помогут человеку: только чистое сердце открывает очи, которыми может человек наслаждаться лицезрением красоты небесной.
_________________
Татьяна
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Подворье-Домоводство -> Встречаем СВЯТКИ Часовой пояс: GMT + 6
Страница 1 из 1

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах



Powered by phpBB © 2001, 2005 phpBB Group
Вы можете бесплатно создать форум на MyBB2.ru, RSS